Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

Печальной будет эта песня

Печальной будет эта песня

О том, как птицы прилетали,

А в них охотники стреляли

И убивали птиц небесных.


А птицы падали на землю

И умирали в час печали,

А в них охотники стреляли

Для развлеченья и веселья.

А птицы знали-понимали,

Что означает каждый выстрел,

Но неизменно прилетали

К родной тайге у речки быстрой.

И не могли не возвратиться

К родимой северной округе,

И песни горестной разлуки

Весной весёлой пели птицы.

А в них охотники стреляли

И попадали в птиц, не целясь,

И песню скорби и печали

Весной весёлой птицы пели.

                                1973

Автор стихов  – поэт Николай Глазков. Фильм «Романс о влюблённых» с песней на эти стихи вышел в 1974 году. А вот заявление Николая Глазкова в Секретариат Правления Московской писательской организации от 26 октября 1972 года:

«В Англии свыше миллиона безработных, в Италии примерно столько же, в США около пяти миллионов, а в СССР я один. Поэтому убедительно прошу трудоустроить меня по моей специальности. Могу быть редактором, литконсультантом, литсотрудником, а также руководителем семинара.

В издательстве «Художественная литература» рукопись моей книги лежит с 1966 года, в издательстве «Молодая гвардия» — с 1967 года, в издательстве «Советская Россия» – с 1968 года.

Чтобы написать и составить эти поэтические сборники, я затратил много времени, энергии и труда, а не получил за  это до сего времени ни рубля. Ни пенсии, ни зарплаты, ни пособия по безработице я не получаю.

Прошу помочь мне в моем бедственном положении.»

Мне повезло купить уникальный сборник стихов Николая Глазкова, изданный в 1995 году в серии «Самые мои стихи» тиражом в 1000 экземпляров. Все эти экземпляры пронумерованы, у моего номер 465. Помимо
стихов здесь есть фотографии и рисунки поэта. Они меня и привлекли тогда, потому что, честно скажу, такого поэта я не знала.

Книга издана с большой любовью и вкусом. Её не хочется выпускать из рук. Мне кажется, поэт остался бы доволен.

***

Своих стихов не издавая,

Ищу работу отовсюду,

Пилить дрова, не уставая,

Могу с рассвета до салюта.

Могу к Казанскому вокзалу

Доставить чемоданов пару.

Могу шататься по базару

И загонять там что попало.

В Поэтоград моя дорога,

Меня среда не понимала,

Так что могу я очень много

И в то же время очень мало.

                                         Николай Глазков,     1944

Милка

Подвернулось в старой папке на компьютере эта фотография

и воспоминания унесли в мой первый отпуск, проведённый на Горном Алтае. Помню, как подсмеивались надо мной мои друзья, как стращали меня выбранным мною конным маршрутом. Я и вправду до этого ни разу не сидела в седле, да и лошадей видела лишь в цирке, а где их в городе-миллионнике ещё увидишь? Но в голове прочно засел мамин рассказ о коне по имени Яблочко, которого дедушке во время коллективизации пришлось отдать в колхоз, и как дедушка плакал, расставаясь с конём. Так что любовь к лошадям у меня, по-видимому, на генетическом уровне.

Страшилки друзей вспомнились на первой же тренировке перед походом, когда впервые в жизни оказалась верхом на коне и испытала ужас от проникающей до самых кишок тряски, устроенной легкой рысцой пущенных по кругу лошадок. «Если так будет все десять дней похода, то живой мне не вернуться», — подумала я. Но опасения оказались напрасны: под грузом тяжелых, набитых продуктами и палатками арчимаков, кони шли шагом. До первой стоянки мне вообще пришлось расстаться с ролью всадницы, так как на боку моего коня, белого рослого красавца Браслета, зияла пропоротая веткой рана, и, не решившись обременять его ещё и своим весом, я просто шла рядом. На первом же привале с Браслетом пришлось проститься – его увели на отдых и лечение на базу, а мне придали огненно-рыжую кобылу Милку. Милка была крепкой, приземистой, и со своими длинными ногами, я смотрелась на ней как Дон-Кихот. Милку я тоже жалела – все-таки дама, и частенько позволяла ей по дороге отвлекаться на смакование сочных альпийских трав, только изредка, чтобы не отстать от группы, подгоняла её кнутом. Травы были в самом деле достойны не только конского, но и нашего внимания: в рост человека, часто увенчанные цветущими «зонтиками», это были поистине хрестоматийные альпийские луга. Насладиться ими вдоволь лошади могли только на стоянках, хотя и там слишком удаленные лужайки были недоступны из-за их спутанных передних ног.

Процедура набрасывания на лошадиные ноги сложенного восьмеркой канатика поначалу вызывала у неопытных конников панический страх, так как казалось, что в любой момент был реальный шанс получить копытом по голове, если в чем-то не угодишь своему четвероногому товарищу. Слава богу, за все время похода ни одному из коней не пришло это в голову. Максимальный вред, который они могли нам причинить, сводился к попыткам куснуть всадника за бок во время затягивания подпруг. Моя Милка к тому же изо всех сил раздувала бока, чтобы впоследствии избежать слишком тесного контакта с ремнями. Но потакать ей в этом ни в коем случае не следовало, ведь слабо затянутые подпруги могли стать причиной жесточайших кровавых мозолей от болтающегося седла.

За исключением нескольких семейных пар, наша туристическая группа была сплошь девчачьей. Очевидно, это частенько искушало инструктора  и конюха Васю, непререкаемого авторитета для всех нас, подшучивать над неопытными наездницами, не слишком  посвященными в лошадиные тонкости. На первой стоянке он всерьез смутил одну из девушек вопросом, прихватила ли она зубную щетку для своего коня. A на встревоженный возглас другой конницы, перепутавшей названия основных деталей амуниции, — «Вася, почему моя лошадь все время стремена изо рта выплевывает?!!», он, ни секунды не медля, ответил: «А зачем ты их туда засунула?!»

Из трудных моментов запомнилось преодоление Саргатских болот, когда ноги наших лошадей по колено проваливались в вязкую коричневую грязь, и спуск с крутого перевала, где у коней то и дело подворачивались ноги, что создавало реальную опасность падения. Самым капризным нравом обладал самый большой и красивый гнедой жеребец: время от времени он норовил прилечь на бок, вынуждая свою наездницу спешно соскакивать с великана, чтобы не быть им придавленной. Надо сказать, что и наездница была самой крупной в нашей группе – статная дивчина ростом не менее 180 см и весом за 100 килограмм, — очевидно, что конь и в самом деле периодически нуждался в отдыхе от неё. После путешествия все девчонки фотографировались верхом на этом строптивом красавце.

Восхождение на самую высокую точку нашего путешествия мы совершили без коней. В жаркий июльский день на скалистой вершине лежали островки снега. Снимки того дня очень забавные – девчонки в бикини, лихо скользящие по снегу в кирзовых сапогах.

Последние дни похода вспоминаются как абсолютное счастье. Однажды Вася объявил: будем купать лошадей. Седла были сняты, и к небольшой горной речушке мы впервые ехали с минимумом лошадиной амуниции. Из всего снаряжения присутствовали лишь удила, уздечка и поводья, да ещё сами наездники, балансирующие на гладких лошадиных спинах.  В основном мелкая, речка имела углубление, как раз достаточное для того, чтобы лошадь проплыла этот короткий участок. Приходилось прибегать к помощи поводий, чтобы направить Милку в воду. Но в реке всё уже шло как по маслу: Милка исправно проплывала необходимые несколько метров, купая себя и меня, и, сверкая капельками воды на рыжих боках, выскакивала на берег.

Последний перегон на пути к турбазе, с опустевшими арчимаками. Вася пускает галопом своего коня, и, подверженные стадному инстинкту, на галоп переходят все лошади. Крепко вцепившись в гриву своей Милки, я доверчиво прижимаюсь к ней и лечу, лечу… Здесь совсем не нужно приспосабливаться к ритму ее движений, привставать и опускаться, как при езде рысью, а просто как можно теснее слиться с ней, стать одним целым и наслаждаться, раствориться в этом полёте.  Не знаю, что больше давало ощущение счастья – эта пьянящая скачка, предвкушение скорого возвращения домой и встречи с друзьями или просто общий восторг молодости.

Где-то затерялись фотографии из этого незабываемого похода, поэтому просто несколько снимков из моего «лошадиного» фотоархива.

Четыретысячекилометровая одиссея с десятью тысячами в кошельке

Эта заметка в газете «NeueWestfälische» появилась в августе 2009 года, привожу её перевод

Замок Хольте-Штукенброк

Одиссея к могиле отца

Семидесятидвухлетняя русская женщина едет в Штукенброк-Зенне с 250-ю евро

Замок Штукенброк-Зенне. Жизнь пишет просто невероятные истории. История
Раисы Павловны Демьяновой как раз из таких. Семидесятидвухлетняя русская женщина отправилась в 3800-километровое путешествие в Штукенброк-Зенне с маленькой дорожной сумкой и 250 евро в кошельке, чтобы найти могилу своего отца на тамошнем мемориальном кладбище.

Вчера в 5 часов утра без средств существования после пятидневной одиссеи старая женщина очутилась в дорожной полиции Штукенброка-Зенне.
Ранним утром начальник городских органов правопорядка предоставил ей комнату в гостинице и сообщил о гостье директору документационного центра шталага 326 историку Оливеру Никелю. Уже в полдень вместе с ним Раиса Демьянова посещает место последнего упокоения своего отца, которого она видела в последний раз, когда ей было три года.

Как только Раиса Павловна минует кованые ворота мемориального кладбища, ее охватывает волнение. Она молится и говорит со своим отцом на родном диалекте, который с трудом понимает даже переводчица Ольга Хептин. Женщина все время останавливается у обелисков, отмечающих ряды братских могил — 116 метров длиной каждая. Она присаживается на корточки, гладит камень.


Земля с могилы матери

В руке она крепко сжимает два маленьких белых мешочка. В одном из них земля из ее села в Удмуртии, в другом - земля с могилы ее матери. Зайдя на кладбище, где установлены могильные камни, она разбрасывает землю, хотя, возможно, совсем не здесь был захоронен 32-хлетний Павел Демьянов. Вероятнее всего, он покоится в одной из первых братских могил.

«Папа, ты видишь меня?», — плачет Раиса, — «сейчас я с тобой». Видя множество надгробий, Раиса плачет, в том числе за многих детей, которые, как и она, больше не увидели своих отцов. Бригита Барц, сотрудница документационного центра, обнимает ее, утешает и пробует успокоить сильно взволнованную женщину. Раиса Демьянова говорит,
что всю свою жизнь она мечтала, что ее отец, чьи письма из Ленинграда в
1941 году были последним известием от него, вернется с войны.
Всю жизнь она не знала, где погиб отец, а русские ведомства, несмотря на многочисленные ее запросы, ей не помогли.

Только открытие архива в России и Интернет сделали возможным её смелое путешествие. Недавно ее 47-летний сын Семен нашел в сети регистрационную карту шталага 326 с именем отца. С этого момента для Раисы существовала только одна цель: поехать в Германию. Даже несмотря на то, что все друзья в селе ее отговаривали и опасались, что она не вернется. И все-таки они собрали деньги, чтобы их подруга и соседка могла поехать.


Автобусом из Москвы в Билефельд

С десятью тысячами рублей пожилая дама отправляется сначала в Москву. Ей нужна виза. Но поначалу ей отказывают из-за непорядка в документах. Видя ее отчаяние, три посторонние женщины помогают получить необходимые документы. Из Москвы она едет автобусом в Билефельд, затем на такси в Штукенброк-Зенне.

Сотрудники документационного центра сопровождают Раису Демьянову в течение дня, вечером в 23.51 отправляется ее поезд в Москву. Расходы за ее размещение и обратный билет перенимает город. «За один день я как будто увидела весь мир», — говорит Раиса и ее карии глаза излучают
благодарность. «Спасибо!».


Шталаг 326

Лагерь военнопленных (шталаг) 326 в Штукенброк-Зенне был образован вскоре после начала войны с Советским Союзом (июнь 1941). До
освобождения американцами 2 апреля 1945 года в нем были интернированы в катастрофических условиях по меньшей мере 310000 советских солдат, а также представители других наций. Количество умерших трудно установить, предположительно от 10000 до 100000. Недавно найденный документ говорит о 50000 погибших советских солдатах.

Фото и текст Сюзанны Лар

Дискуссия

Не менее интересна, по-моему, дискуссия, которая разгорелась на сайте газеты после публикации этой заметки. В ней приняло участие 40 человек — в основном, по-видимому, жители Билефельда и окрестностей. В следующих постах привожу перевод этого обсуждения. Жирным шрифтом выделены ники участников дискуссии.

Йосте:
Город мог бы профинансировать пожилой даме более продолжительное пребывание – все-таки она проделала «кругосветное путешествие» на такие скромные средства, чтобы посетить могилу своего, убитого немцами, отца. Это просто долг – кроме того, нужно было бы профинансировать ей обратный перелет! Очень волнительная история!

Наблюдатель:

Ответ Йосте: Это задача города? Оплати сам ей две недели пребывания. Или пожертвуй «Цветам Штукенброка» (немецкая рабочая группа, занимающаяся историей шталага 326 – W.). Вечно кричим о муниципальных средствах.

Лебеауф:
Ответ Йосте: точно… потому что как раз это нас ожидало бы в России, если б мы с 250 евро в кармане предприняли туда путешествие… размещение за государственные средства и бесплатный полет назад в первом классе.

Тило:
Нет войне!

Маггисан:
Я думаю, что оплата однодневного проживания пожилой дамы и ее обратного билета на поезд – достаточно щедрый и разумный поступок. В конце концов она приехала, чтобы посетить могилу, и она это сделала. Думаю, что предоставление женщине билета на самолет было бы меньшей любезностью. Все-таки ей уже за 70 и, возможно, она никогда не летала.

Нокма:
Привет, Наблюдатель. Комментарии, подобные твоим, должны быть просто удалены. У дамы есть сердце и воля. Тебе же лучше не попадать в
ситуацию, когда тебе потребуется помощь, ведь тебе бы не надо ее оказывать. Я же разделяю мнение Йосте.

Вальтер:
Сделанное городом – правильно и достаточно, большего действительно не нужно. Произошло бы подобное с кем-нибудь из Билефельда за Уралом – сомнительно.

Назебанд:
Считаю недопустимым, что город разбрасывается деньгами в то время как экономическое положение муниципальных образований близко к коллапсу. Мой дед тоже погиб на войне, был расстрелян русскими, Москва оплачивает мне поездку к могиле дедушки??? НЕТ, они этого не делают. Не остается денег на обеды в детских садах, муниципалитеты должны еще раз пересмотреть свои приоритеты. Желаю успеха в этом направлении.

Крис:
Наблюдателю: Когда я вижу на что города тратят деньги, то понимаю, что это несомненно лучшая из всех инвестиций!

Ули:
Дорогой Наблюдатель, есть старинная пословица: если б ты промолчал, то остался бы философом. Не рифмуется, но верно.

Кюнзебекер:
Да, не обязательно две недели, но несколько дней не помешало бы...

Канук:
Наблюдателю: Просто позор, что люди как Вы, очевидно, все еще не поняли значение слова "ответственность".
Было бы по-Вашему, так пресловутую черту подвели бы уже в 45-ом? Просто убого.

Теффе:
Я согласен с Йосте. По-моему, очень плачевно, что пожилой женщине не предложили оплатить более длительное пребывание. Так это звучит. Каким мытарством должна быть такая длинная поездка туда-обратно с таким коротким пребыванием на месте!

Михи:
Жаль, что так поздно стало об этом известно. Я бы без проблем пожертвовал. Многие также должны себе ясно представить, как до сих пор страдают люди от последствий войны, которая была 65 лет назад. Последствия, к сожалению,
вытесняются, и Германия снова охотно играет ведущую роль в сомнительных войнах.

Бракведер:
Всем… Я не считаю правильным р
aзбазаривание денег. Замечательно, что пожилая женщина нашла своего папу и успокоение, но какое нам до этого дело? 1945 и 2010? Нам нужно заботиться о том, как наша собственная страна встанет на ноги, а не хлопотать о том, как дама вернется домой, не говоря уже о заботе о том, что сказал бы свет, если бы мы ничего ей не дали, разве не так? Хватит уже, я уже сыт финансированиями возмещений ущерба и прочих выпендрёжей. Какое мне дело, что сделали дураки в 1945? и я не хочу знать сколько братских могил в России и где похоронены немцы… Так что, пожалуйста, прекратите эту ЧУШь.

Тоже Билефельдец:
Я не знал, что есть такие глупые «Бракведеры»!

Назебанд:
Какое нам дело до 1945-го. Надеюсь только, что США привлекут к ответственности за ИХ войны. Мои деньги для меня святое. Это государство и так вытягивает достаточно денег из моего кармана, ну, сейчас мы знаем, куда их разбазаривают. Спасибо-спасибо, дорогой город Штукенброк.

Инге:
Думаю, что вся эта дискуссия пожилой даме просто-напросто неинтересна. Она посетила могилу своего отца для себя самой, когда пришло время. Она сама и ее сердце это решили, и это самое важное. Я с трудом могу себе это представить и восхищаюсь силой и мужеством этой пожилой женщины, которая, по-моему, совсем не о том думала, что здесь комментируется. Надеюсь, она хорошо доехала до дому!!! И что она счастлива и довольна. Она только просто сделала своё дело. Уважаю!!!

Кристоф:
Бракведеру: Советский Союз во второй мировой войне потерял 20 млн людей, и как видим, эта тема еще не исчерпана. Еще не скоро нас, немцев, будут воспринимать трезво или нейтрально. Такие жесты, как в отношении этой женщины, действительно минимум к теме взаимопонимания народов. Это также
относится и к тому, чтобы поднять нашу страну с колен: ведь отвлекаясь от исторической морали, Россия также и важнейший торговый партнер Германии. Кроме того, русские очень гостеприимны. Чего в общем случае нельзя, по-видимому, сказать о восточных вестфальцах.

Ангел:
Никогда не писал комментариев к статьям, но здесь я ДОЛЖЕН сказать «Бракведеру», что он должен провалиться от стыда, — наверно, он захочет узнать, почему: столько денег бросается на ветер, но вы не возражаете, а тут?

Канук:
Бракведеру: Ах, это интересно, вы что, платите возмещения ущербов лично? Очень интересно. На это должны быть свои причины. Вы хоть когда-нибудь задумывались о том, что бесчисленные концерны во времена нацизма, а также их наследники и дочерние фирмы имели непосредственную выгоду от
принудительного труда и оккупации? Ввиду масштаба этой выгоды выплаты по возмещению ушерба слишком малы. К тому же Вы, очевидно, не поняли тонкого различия между личной ответственностью (о которой через несколько лет и без того уже не будет больше речи) и ответственностью ФРГ как преемника национал-социалистической Германии. По вашей аргументации, национальные государства вообще не несут ответственности за то, что происходит под их национальным флагом. К счастью, это не так. И сравнение с погибшими немцами несколько хромает… или уже забыто, кто, как агрессор, начал разрушительную войну против Советского Союза?

Закевиц:
Бракведер, постыдитесь!

Анири:
Дорогой Бракведер, ТЫ должен прекратить писать такую ЧУШь!!! У пожилой дамы была потребность найти могилу отца, это же понятно!!! И то, что этой даме оказали финансовую помощь, я считаю абсолютно правильным! Это называется готовность помочь и человечность!!! Качества, которых у Вас, по-видимому, совершенно нет.

Закевиц:
"Назебанд" и "Бракведер" постыдитесь оба!

Грета:
Городской администрации (управлению по озеленению) должно быть стыдно за вид могилы — хорошо, что каждый может увидеть это в газете

Екстратерра:
Важнейшее завоевание двух бездушных войн… Мы обрели свободу… Свободу, что 72-хлетняя женщина пускается в трудный путь, чтобы посетить могилу отца, свободу, позволяющую нам сделать человеческий жест для обеспечения ее возвращения домой, но и свободу, что "Бракведер" может здесь во всеуслышание публично молоть чушь… Это плоды демократии и братства...

Курт:
Опять видно, что многим молодым людям не хватает хорошего воспитания и уроков истории. Хорошо, что город помог женщине. Еще лучше было бы, если бы город подарил ей один день отдыха перед трудным возвращением домой. Войну развязали и людей убили наши отцы/прадеды/прапрадеды. Вина этого поколения будет еще долго отягощать нас и детей наших детей. Думаю, что женщина не потому отправилась в путь с такой маленькой суммой денег, что ожидала помощи от города, а потому, что не смогла правильно оценить расходы.
Я убежден, что такие события ведут к зарождению дружбы
с Россией, поскольку женщина с благодарностью расскажет на Родине о помощи немцев. Такие человечные действия создают доверие и предотвращают то, что когда-либо снова случится война между Россией и Германией. Напротив, болтовня и человеконенавистничество некоторых комментаторов просто отвратительны и показывают недостаток воспитания.

Херманн Дрейер:
Привет, Бракведер, ты хотя бы подумал о том, что здесь идет речь возможно вовсе не о войне и вине или невиновности. В статье говорится просто о том, что старая женщина непременно хотела увидеть однажды могилу отца, но на самом деле была не в состоянии это осуществить. Она что, должна была отказаться от своего желания и забрать его с собой в могилу? Мне совершенн
oбезразлично, по какой причине ее отец там похоронен. Речь же просто о человечности. Если бы меня спросили, я бы лично оплатил ей эту обратную поездку. На такие человечные жесты я охотно плачу налоги. Жаль, что я не живу в Хольте-Штукенброк. На следующих коммунальных выборах я бы по крайней мере не  задумывался, за кого мне голосовать. Здорово, что муниципалитеты еще имеют возможность по-человечески реагировать. А тебе не мешало бы по меньшей мере назвать свое имя, если ты в самом деле настаиваешь на своих высказываниях.

Билефельдец:
У меня в самом деле подскакивает давление, когда я читаю комментарий Бракведера. Здесь можно лишь надеяться и желать...
Господи, ороси мозги!

Рената Лахманн:
Оставьте в покое старую женщину, она наверняка имела честные намерения и была рада попасть в город, где покоятся ее корни.

Фрэд Мюллер:
Коричневая фашистская Германия позаботилась о существовании такого лагеря военнопленных как Штукенброк. Никогда не должно возникать вопроса о деньгах, если родственники убитых там людей хотят посетить эти могилы. Более того, нужно создать фонд, чтобы еще больше людей смогли увидеть то, что мы, немцы, однажды натворили. Грете: взгляните разок на могилы убитых нацистами евреев на многих кладбищах, и вы увидите, что государству не интересно брать на себя это дело.
Когда-нибудь все зарастет сорняками и тем самым дело завершится.

Канук97:
Меня радует, что, по-видимому, еще достаточно людей, которые в нужной степени обладают чувствами сопереживания и понимания. Большое спасибо за эти комментарии, которые снова дают немного надежды с учетом, к сожалению, той нередко глупой болтовни, распространяемой как раз в таких темах.

Мостыле87:
Бракведеру: Все возникает из земли и уходит в землю. Ты беспокоишься о своих деньгах? Озаботься лучше своей человечностью.

Сюзанна:
Понесенные городом расходы – адекватны, похвальны, но и достаточны. Пожилую даму приняли, сопровождали и оказали поддержку. С человеческим участием. Для нее это будет важнейшая поездка в жизни.

Чаепитель:
Закевицу: Если бы речь шла о животных,
то я никогда бы не согласился, но на этот раз ты высказал то, что у меня на душе. Но, вероятно, Назебанд и Бракведер не способны устыдиться. Как житель Бракведера я стыжусь, что названием района, в котором я живу, так злоупотребляют. Большая часть бракведерцев так не думает.

Эрих:
Тягостно читать некоторые комментарии. Стыдно читать, что 70-летней даме, которой предстоит 3800-километровое путешествие, предоставили комнату всего на один день и профинансировали только железнодорожный билет. И это немецкое гостеприимство… так… так.

В некоторых поездках по Восточной Европе мне довелось испытать несколько другое обращение, там люди, даже если сами многого не имеют, отдают последнее.
И даже бесплатное размещение на несколько дней не было бы проблемой, поскольку где-нибудь освободили бы спальное место. Такого гостеприимства я по сей день еще не испытывал, но это был замечательный опыт, которого, у нас,
немцев, к сожалению, больше нет. Тем самым эта газета – маленькая сенсация в отсутствии событий в летние месяцы, еще человечнее было бы подумать о спонтанной акции по сбору денег, я уверен, что многие читатели были бы готовы внести несколько евро, чтобы обеспечить пожилой даме еще несколько дней пребывания, отдохнуть от тягот пути и вернуться на Родину самолетом. Лично я бы внес на это средства. Но, возможно, это осуществимо задним числом. Хорошо, что старая женщина это испытала, посещение могилы отца было для нее чем-то вроде прощания!

Гостеприимство – высокая ценность, которую старый человек в чужой стране смог испытать, к сожалению, лишь несколько часов… жаль. Лично меня эта женщина тронула до глубины души, да будет ей подарена долгая жизнь и еще одно более длительное посещение тевтобургского леса.

Андреас:
Конечно, было ясно, что будет крик о затратах на обратный транспорт и проживание, это было ясно как «аминь» в церкви. Это всего лишь несколько евро, но они хорошо потрачены в смысле человечности. Здесь не нужно рассуждать о преступлениях нацизма, речь об индивидуальной судьбе человека.

Бракведер:
Видимо, я как-то непонятно выразился, лично я ничего не имею против дамы, речь просто-напросто о том, что на нас до сих пор висит военное бремя. Еще раз мой вопрос: какое отношение я имею к 1945 году? Я просто больше не признаю того, что налоги, которые я плачу с 17 лет и по сей день, вышвыриваются на такие цели.
Точка. Кроме того, какое отношение имеет высказывание своего мнения к глупости и другому, в чем меня здесь еще упрекнули.

Примкнувший к Бракведеру:
Я только могу согласиться с Бракведером, что, как и у него, у меня нет проблем с иностранными ближними. Только это нервирует.

Валли:
К сожалению, город показал лишь минимальную человечность в обращении с ближними. Тем не менее, спасибо и за эту малость. Разумно было бы обеспечить два или три дополнительных дня пребывывания, чтобы отдохнуть от дороги и посетить могилу еще раз. В течение этих трех дней наверняка нашлись бы люди, которые были бы готовы оплатить обратный полет или поучаствовать в этих расходах.

Закевиц:
Все дорогие Бракведеры, с этим нам, немцам, предстоит жить всегда!

Райю:
«Замечательно в интернете то, что каждый со всего мира может сообщить свое мнение, а ужасное – то, что каждый это и делает...
» — дорогая газета, зачем существует код безопасности и для чего соответственно и как контролируют сообщения?

Июнь:
Дорогой Бракведер,

ты не «как-то непонятно выразился», ты не прочитал внимательно текст. Речь не о платежах компенсаций за военные долги.
О них написал ты сам, поэтому не удивляйся реакции на твое мнение! И речь не о том, какое отношение ТЫ имеешь к 1945 году. Речь о персональной судьбе старой женщины.

Михаель:
Хотел бы молча присоединиться к комментарию Эриха. Германия – одна из гостеприимнейших стран в мире. Я много езжу. Для гостя всегда отдается последнее. Часто мне становится неудобно от этого. А что же делаем мы, богатые немцы?
???Постыдитесь!!! Вы должны благодарить бога за то, что родились в такой чудесной стране. Многим людям не дано, к сожалению, такого счастья, и если пожилая дама предприняла такое сумасшедшее путешествие, чтобы попрощаться, то мы должны показать себя с лучшей стороны, а не сокрушаться о нескольких евро. Мне стыдно за вас!!!!!

М.Киндерманн:
Предлагаю собрать Бракведеру денег на поездку в музей Освенцима. Возможно, тогда он поймет, какое он все же имеет отношение к тому, что сделали глупцы в 1945.

Что касается гостеприимства города Билефельда по отношению к этой даме, то я тоже считаю, что она спокойно могла бы остаться на неделю.
Мне кажется, что женщина достаточно скромная. Кроме того, город Билефельд от этого не обеднеет. Немыслимо, из-за чего здесь некоторые возбуждаются...

Йосте:
Своим сообщением (самым первым в дискуссии) я возбудил много критики.

Ответ:

Есть маленькая – но решающая – разница: кто начал эту убийственную войну (или все уже забыто/вытеснено?)?

Вернер:
Предложение М.Киндерманна хорошее, поэтому, Бракведер, назови незамедлительно свое полное имя и адрес, чтобы мы могли обеспечить тебе посещение Освенцима, Берген-Бельзена и т.д… Бракведер, имей мужество открыться, это в твоих интересах.

Итог

Мне эта дискуссия была интересна как материал для маленького социологического исследования настроений в немецком обществе. Итог такой:

77,5% одобряют оказанную помощь, но считают ее недостаточной;

10% одобряют и считают достаточной;

12,5% помощи не одобряют;

5% (2 человека) озабочены состоянием кладбищ;

22,5% затрагивают вопрос об ответственности государства за содеянное и необходимости помнить об этом.

Огненно-рыжее счастье

В наступивший год лошади воспоминания уносят в июль 1980-го. Тогда, ничуть не задумываясь, я «променяла» возможность побывать в олимпийской Москве на поездку по Алтаю и провела свой первый отпуск на конном маршруте. Он назывался «По Алтаю на лошадях». Хорошо помню первую тренировочную поездку, когда впервые в жизни уселась в седло и испытала ужас от проникающей до самых кишок тряски, устроенной легкой рысцой пущенных по кругу лошадок.«Если так будет все десять дней похода, то живой мне не вернуться», - подумала я. Но опасения оказались напрасны: под грузом тяжелых, набитых продуктами и палатками арчимаков, кони шли шагом. До первой стоянки мне вообще пришлось расстаться с ролью всадницы, так как на боку моего коня, белого рослого красавца Браслета, зияла пропоротая веткой рана, и, не решившись обременять его ещё и своим весом, я просто шла рядом. На первом же привале с Браслетом пришлось проститься – его увели на отдых и лечение на базу, а мне придали огненно-рыжую кобылу Милку. Милка была крепкой, но приземистой, и со своими длинными ногами, я смотрелась на ней как Дон-Кихот. Милку я тоже жалела –все-таки дама, и частенько позволяла ей по дороге отвлекаться на смакование сочных альпийских трав, только изредка, чтобы не отстать от группы, подгоняла её кнутом. Травы были в самом деле достойны не только конского, но и нашего внимания: в рост человека, часто увенчанные цветущими «зонтиками», это были поистине хрестоматийные альпийские луга. Насладиться ими вдоволь лошади могли только на стоянках, хотя и там слишком удаленные лужайки были недоступны из-за их спутанных передних ног.

Процедура набрасывания на лошадиные ноги сложенного восьмеркой канатика  поначалу не могла не вызвать у неопытных конников панический страх, так как казалось, что в любой момент имелся реальный шанс получить копытом по голове, если в чем-то не угодишь своему четвероногому товарищу. Слава богу, за все время похода ни одному из коней не пришло это в голову. Максимальный вред, который они могли нам причинить, сводился к попыткам куснуть всадника за бок во время затягивания подпруг. Моя Милка к тому же изо всех сил раздувала бока, чтобы впоследствии избежать слишком тесного контакта с ремнями. Но потакать ей в этом ни в коем случае не следовало, ведь слабо затянутые подпруги могли стать причиной жесточайших кровавых мозолей от болтающегося седла.

За исключением нескольких семейных пар, наша туристическая группа была сплошь девчачьей. Очевидно, это обстоятельство частенько искушало инструктора  и конюха Васю, непререкаемого для всех нас авторитета, подшучивать над неопытными наездницами, не слишком  посвященными в лошадиные тонкости. На первой стоянке он всерьез смутил одну из девушек вопросом, прихватила ли она зубную щетку для своего коня. На встревоженный возглас другой конницы, перепутавшей названия основных деталей амуниции, - «Вася, почему моя лошадь все время стремена изо рта выплевывает?!!», он, ни секунды не медля, ответил: «А зачем ты их ей туда засунула?!» 

Из трудных моментов запомнились Саргатские болота, когда ноги наших лошадей по колено проваливались в вязкую коричневую землю, и спуск с крутого перевала, где у коней то и дело подворачивались ноги, что создавало реальную опасность падения. Самым капризным нравом обладал самый большой и красивый гнедой жеребец: время от времени он норовил прилечь набок, вынуждая свою наездницу спешно соскакивать с великана, чтобы не быть им придавленной. Надо сказать, что и наездница была самой крупной девушкой в нашей группе – статная красавица ростом не менее 180 см и весом за 100 килограмм, - очевидно, что конь и в самом деле периодически нуждался в отдыхе от неё. После путешествия все девчонки захотели сфотографироваться верхом на этом строптивом красавце.

Связь с цивилизацией в эпоху отсутствия мобильных телефонов осуществлялась лишь через приемник - именно он принес известие о смерти Владимира Высоцкого.

Восхождение на самую высокую точку нашего путешествия мы совершили без коней. В жаркий июльский день на скалистой вершине лежали островки снега. Снимки того дня очень забавные – девчонки в бикини, лихо скользящие по снегу в кирзовых сапогах.

Последние дни похода вспоминаются как абсолютное счастье. Однажды Вася объявил: предстоит купание лошадей. Седла были сняты, и к небольшой горной речушке мы впервые ехали с минимумом лошадиной амуниции. Из всего снаряжения присутствовали лишь удила, уздечка и поводья, да ещё сами наездницы, балансирующие на гладких лошадиных спинах.  В основном мелкая, речка имела углубление, как раз достаточное для того, чтобы лошадь проплыла этот короткий участок. Приходилось прибегать к помощи поводий, чтобы направить Милку в воду. Но в реке всё уже шло как по маслу: Милка исправно проплывала необходимые несколько метров, купая себя и меня, и, сверкая капельками воды на рыжих боках, выскакивала на берег.

Последний перегон на пути к турбазе, с опустевшими арчимаками. Вася пускает галопом своего коня, и, подверженные стадному инстинкту, на галоп переходят все лошади. Крепко вцепившись в гриву своей Милки, я доверчиво прижимаюсь к ней и лечу, лечу... Здесь совсем не нужно приспосабливаться к ритму ее движений, привставать и опускаться, как при езде рысью, а просто как можно теснее слиться с ней, стать одним целым и наслаждаться, раствориться в этом полёте. Не знаю, что больше давало ощущение счастья – эта пьянящая скачка, предвкушение скорого возвращения домой и встречи с друзьями или общий восторг молодости. Но мою  огненно-рыжую Милку я не забуду никогда.

Три года на форуме поисковых движений. История первая: Одиссея к могиле отца

Около трех лет назад, занимаясь поиском пропавшего без вести дяди, я пришла на форум поисковых движений. За это время тема советских военнопленных, угнанных в Германию, стала для меня самой близкой из истории Великой Отечественной войны. Помогаю людям найти информацию о предках, установить место гибели и захоронения. Столько интересных историй, что решила некоторые из них помещать здесь.

http://www.nw-news.de/owl/3690020_Odyssee_zum_Grab_des_Vaters.html

Эта заметка в газете «Neue Westfälische»  появилась в августе 2009 года, но я прочла ее только год спустя. Захотелось перевести для всех.

07.08.2010

Замок Хольте-Штукенброк

Одиссея к могиле отца

72-хлетняя русская женщина едет в Штукенброк-Зенне с 250-ю евро

Сюзанна Лар

Замок Штукенброк-Зенне. Жизнь пишет просто невероятные истории. И история  Раисы Демьяновой как раз из таких. 72-хлетняя русская женщина отправилась в 3800-километровое путешествие в Штукенброк-Зенне с 250-ю евро в кошельке и маленькой дорожной сумкой, чтобы найти могилу своего отца на тамошнем мемориальном кладбище.

Вчера в 5 часов утра без средств существования после пятидневной одиссеи старая женщина очутилась в дорожной полиции Штукенброка-Зенне.  Начальник городских органов правопорядка предоставил ей ранним утром комнату в пансионе и проинформировал директора документационного центра шталага 326 историка Оливера Никеля. Вместе с ним в полдень Раиса Демьянова посещает место последнего упокоения своего отца Павла, которого она видела в последний раз, когда ей было три  года.

Вскоре после того, как 72-летняя женщина минует кованые ворота мемориального кладбища, ее охватывает волнение. Она молится и говорит со своим отцом на родном диалекте, который с трудом понимает даже переводчица Ольга Хептин. Женщина все время останавливается у памятников, обозначающих ряды братских могил, 116 метров длиной каждая. Она присаживается на корточки, гладит камень.

Земля с могилы матери

В руке она крепко сжимает два маленьких белых мешочка. В одном из них земля из ее села на 200 жителей в Удмуртии (западнее Урала). В другом -  земля с могилы ее матери. Когда 72-летняя женщина заходит на территорию кладбища, где установлены могильные камни, она разбрасывает землю, несмотря на то, что, возможно, совсем не здесь был закопан немцами 32-хлетний Павел Демьянов. Он лежит в одной из первых братских могил.

Теперь потекли слезы. «Папа, ты видишь меня?», - зовет она. «Сейчас я с тобой.» Видя многие надгробия, Раиса плачет, в том числе за многих детей, которые, как и она, больше не увидели своих отцов. Бригита Барц, сотрудница документационного центра, обнимает ее, утешает и пробует успокоить сильно взволнованную женщину. Раиса Демьянова говорит,  что Всю свою жизнь она мечтала, что ее отец, чьи письма из Ленинграда (Санкт-Петербурга) в 1941 году были последним известием от него, возвратится назад.  Всю жизнь она не знала, где умер отец, а русские ведомства, несмотря на многочисленные ее запросы, ей не помогли.

Только открытие архива в России и Интернет сделали возможным смелое путешествие 72-летней женщины. Недавно ее 47-летний сын Семен нашел в сети регистрационную карту шталага 326 с именем отца. С этого момента для Раисы существовала только одна цель: поехать в Германию. Даже несмотря на то, что все друзья в селе ее отговаривали и опасались, что она не вернется. И все-таки они собрали деньги, чтобы их подруга и соседка могла поехать.

Автобусом из Москвы в Билефельд

С десятью тысячами рублей пожилая дама отправилась в понедельник сначала в путь до Москвы. Ей нужна виза. Но ее документы не в порядке, и поначалу ей отказывают. Три посторонние женщины, видя ее отчаяние, помогают ей получить необходимые документы. Из Москвы она едет автобусом в Билефельд, затем на такси в Штукенброк-Зенне.

Сотрудники документационного центра сопровождают Раису Демьянову в течение дня, вечером в 23.51 отправляется ее поезд в Москву. Расходы за ее размещение и обратный билет перенимает город. «За один день я как будто увидела весь мир», говорит Раиса и ее карии глаза излучают благодарность. «Спасибо!».

Шталаг 326

Лагерь военнопленных (шталаг) 326 в Штукенброк-Зенне был образован вскоре после начала войны с Советским Союзом (июнь 1941). До освобождения американцами 2 апреля 1945 года в нем были интернированы в катастрофических условиях по меньшей мере 310000 советских солдат, кроме того, представители других наций. Количество умерших трудно установить, предположительно от 10000 до 100000. Недавно найденный документ говорит о 50000 погибших советских солдатах.

Фото Сюзанны Лар

Odisseja

Надпись под снимком: Раиса Демьянова наклоняется к надгробию с надписью на кириллице, держа в руке два мешочка с землей.

Архивные документы из электронного банка данных "Мемориал" о Павле Демьяновиче Демьянове.

Номер записи    300657918
Фамилия   Демьянов
Имя   Павел
Отчество   Демьянович
Дата рождения   15.05.1909
Место рождения   Удмуртская АССР
Воинское звание   солдат (рядовой)
Лагерный номер   13824
Место пленения   Демьянск
Лагерь   шталаг VI K (326)
Судьба   Погиб в плену
Дата смерти   26.02.1942
Место захоронения   Фореллькруг/Сенне
Название источника информации   ЦАМО
Номер фонда источника информации   58
Номер описи источника информации   977521
Номер дела источника информации   1505
http://www.obd-memorial.ru/Image2/filterimage?path=SVS/003/058-0977521-1505/00000046.jpg&id=300657917&id=300657917&id1=4ffa8ba366194e2d6150d52d9c13df57

Номер записи    300552976
Фамилия   Демьянов
Имя   Павел
Отчество   Демьянович
Дата рождения   15.05.1909
Место рождения   Удмуртская АССР
Воинское звание   солдат (рядовой)
Лагерный номер   13824
Место пленения   Демьянск
Лагерь   шталаг VI K (326)
Судьба   Погиб в плену
Дата смерти   26.02.1942
Место захоронения   Фореллькруг/Зенне
Название источника информации   ЦАМО
Номер фонда источника информации   58
Номер описи источника информации   977521
Номер дела источника информации   1118
http://www.obd-memorial.ru/Image2/filterimage?path=SVS/002/058-0977521-1118/00000041.jpg&id=300552975&id=300552975&id1=38cc6b8b01044786acc8afc5366616ca

Номер записи    66922390
Фамилия   Демьянов
Имя   Павел
Судьба   погиб в плену
Дата смерти   26.02.1942
Название источника информации   ЦАМО
Номер фонда источника информации   58
Номер описи источника информации   977525
Номер дела источника информации   343
http://www.obd-memorial.ru/Image2/filterimage?path=Z/007/058-0977525-0343/00000053.JPG&id=66922384&id=66922384&id1=77eac472626eea518fb516ae3ba6bb50

Номер записи    67099782
Фамилия   Демьянов
Имя   Павел
Воинское звание   красноармеец
Судьба   погиб в плену
Дата смерти   26.02.1942
Название источника информации   ЦАМО
Номер фонда источника информации   58
Номер описи источника информации   18003
Номер дела источника информации   1613
http://www.obd-memorial.ru/Image2/filterimage?path=Z/007/058-0018003-1613/00000156.jpg&id=67099774&id=67099774&id1=609889bede64724841f1c7e4a26c8f49

Номер записи    59521279
Фамилия   Демьянов
Имя   Павел
Отчество   Демьянович
Дата рождения   __.__.1909
Дата и место призыва   15.08.1941 Пычасский РВК, Удмуртская АССР, Пычасский р-н
Воинское звание   рядовой
Причина выбытия   пропал без вести
Дата выбытия   __.09.1941
Название источника информации   ЦАМО
Номер фонда источника информации   58
Номер описи источника информации   18004
Номер дела источника информации   844
http://www.obd-memorial.ru/Image2/filterimage?path=Z/005/058-0018004-0844/000000052.jpg&id=59521176&id=59521176&id1=0a5428f198cc4225d128bb0af214a107

Дискуссия

Не менее интересна, по-моему, дискуссия, которая разгорелась на сайте газеты после публикации этой заметки. В ней приняло участие 40 человек - в основном, по-видимому, жители Билефельда и окрестностей. В следующих постах привожу перевод этого обсуждения. Жирным шрифтом выделены ники участников дискуссии.

Йосте:

Город мог бы профинансировать пожилой даме более продолжительное пребывание – все-таки она проделала «кругосветное путешествие» на такие скромные средства, чтобы посетить могилу своего, убитого немцами, отца. Это просто долг – кроме того, нужно было бы профинансировать ей обратный перелет! Очень волнительная история!

Наблюдатель:

Ответ Йосте: Это задача города? Оплати ей две недели пребывания. Или пожертвуй «Цветам Штукенброка»  (немецкая рабочая группа, занимающаяся историей шталага 326 – W.). Вечно кричим о муниципальных средствах.

Лебеауф:

Ответ Йосте: точно... потому что как раз это нас ожидало бы в России, если б мы с 250 евро в кармане предприняли туда путешествие ... размещение за государственные средства и бесплатный полет назад в первом классе.


Тило:

Нет войне!

Маггисан:

Я думаю, что оплата однодневного проживания пожилой дамы и ее обратного билета на поезд – достаточно щедрый и разумный поступок. В конце концов она приехала, чтобы посетить могилу, и она это сделала. Думаю, что предоставление женщине билета на самолет было бы меньшей любезностью. Все-таки ей уже за 70 и, возможно, она никогда не летала.


Нокма:

Привет, Наблюдатель. Комментарии, подобные твоим, должны быть просто удалены. У дамы есть сердце и воля. Тебе же лучше не попадать в ситуацию, когда тебе потребуется помощь, ведь тебе бы не надо ее оказывать. Я же разделяю мнение Йосте.

Вальтер:

Сделанное городом – правильно и достаточно, большего действительно не нужно. Произошло бы подобное с кем-нибудь из Билефельда за Уралом – сомнительно.

Назебанд:

Считаю недопустимым, что город разбрасывается деньгами в то время как экономическое положение муниципальных образований близко к коллапсу. Мой дед тоже погиб на войне, был расстрелян русскими, Москва оплачивает мне поездку к могиле дедушки??? НЕТ они этого не делают. Не остается денег на обеды в детских садах, муниципалитеты должны еще раз пересмотреть свои приоритеты. Желаю успеха в этом направлении.

Крис

Наблюдателю: Когда я вижу на что города тратят деньги, то понимаю, что это несомненно лучшая из всех инвестиций!

Ули:

Дорогой Наблюдатель, есть старинная пословица: если б ты промолчал, то остался бы философом. Не рифмуется, но верно.

Кюнзебекер:

да, не обязательно две недели, но несколько дней не помешало бы...

Канук:

Наблюдателю: Просто позор, что люди как Вы, очевидно, все еще не поняли значение слова «ответственность».  Было бы по-Вашему, так пресловутую черту подвели бы уже в 45-ом? Просто убого.

Теффе:

Я согласен с Йосте. По-моему, очень плачевно, что пожилой женщине не предложили оплатить более длительное пребывание. Так это звучит. Каким мытарством должна быть такая длинная поездка туда-обратно с таким коротким пребыванием на месте!

Михи:

Жаль, что так поздно стало об этом известно. Я бы без проблем пожертвовал. Многие также должны себе ясно представить, как до сих пор страдают люди от последствий войны, которая была 65 лет назад. Последствия, к сожалению,  вытесняются, и Германия снова охотно играет ведущую роль в сомнительных войнах.


Бракведер:

Всем... Я не считаю правильным рaзбазаривание денег. Замечательно, что пожилая женщина нашла своего папу и успокоение, но какое нам до этого дело? 1945 и 2010? Нам нужно заботиться о том, как наша собственная страна встанет на ноги, а не хлопотать о том, как дама вернется домой, не говоря уже о заботе о том, что сказал бы свет, если бы мы ничего ей не дали, разве не так? Хватит уже, я уже сыт финансированиями возмещений ущерба и прочих выпендрёжей. Какое мне дело, что сделали дураки в 1945? и я не хочу знать сколько братских могил в России и где похоронены немцы ... Так что, пожалуйста, прекратите эту ЧУШь

Тоже Билефельдец:

Я не знал, что есть такие глупые «Бракведеры»!

Назебанд:

Какое нам дело до 1945-го. Надеюсь только, что США привлекут к ответственности за их войны. Мои деньги для меня святое. Это государство и так вытягивает достаточно денег из моего кармана, ну, сейчас мы знаем, куда их разбазаривают. Спасибо-спасибо, дорогой город Штукенброк.

Инге:

Думаю, что вся эта дискуссия пожилой даме просто-напросто неинтересна. Она посетила могилу своего отца для себя самой, когда пришло время. Она сама и ее сердце это решили, и это самое важное. Я с трудом могу себе это представить и восхищаюсь силой и мужеством этой пожилой женщины, которая, по-моему, совсем не о том думала, что здесь комментируется. Надеюсь, она хорошо доехала до дому!!! И что она счастлива и довольна. Она только просто сделала своё дело. Уважаю!!!

Кристоф:

Бракведеру: Советский Союз во второй мировой войне потерял 20 млн людей, и как видим, эта тема еще не исчерпана. Еще не скоро нас, немцев, будут воспринимать трезво или нейтрально. Такие жесты как в отношении этой женщины действительно минимум к теме взаимопонимания народов. Это также относится и к тому, чтобы поднять «нашу страну» с согнутых ног: ведь отвлекаясь от исторической морали, Россия также и важнейший торговый партнер Германии. Кроме того, русские очень гостеприимны. Чего в общем случае нельзя, по-видимому, сказать о восточных вестфальцах.

Ангел:

Никогда не писал комментариев к статьям, но здесь я ДОЛЖЕН сказать «Бракведеру», что он должен провалиться от стыда, - наверно, он захочет узнать, почему: столько денег бросается на ветер, но вы не возражаете, а тут?

Канук:

Бракведеру: Ах, это интересно, вы платите возмещения ущербов лично? Очень интересно. На это должны быть свои причины. В другом случае, когда-нибудь задумывались о том, что бесчисленные концерны во времена нацизма, а также их наследники и дочерние фирмы имели непосредственную выгоду от принудительного труда и оккупации? Ввиду масштаба этой выгоды выплаты по возмещению ушерба слишком малы. К тому же Вы, очевидно, не поняли тонкого различия между личной ответственностью (о которой через несколько лет и без того уже не будет больше речи) и ответственностью ФРГ как преемника национал-социалистической Германии. По вашей аргументации, национальные государства вообще не несут ответственности за то, что происходит под их национальным флагом. К счастью, это не так. И сравнение с погибшими немцами несколько хромает ... или уже забыто, кто как агрессор начал разрушительную войну против Советского Союза?


Закевиц:

Бракведер, постыдитесь!

Анири:

Дорогой Бракведер,

ТЫ должен прекратить писать такую ЧУШь!! У пожилой дамы была потребность найти могилу отца, это же понятно!!! И то, что этой даме оказали финансовую помощь, я считаю абсолютно правильным! Это называется готовность помочь и человечность!!! Качества, которых у Вас, по-видимому, совершенно нет.

Закевиц:

"Назебанд" и "Бракведер" постыдитесь оба!


Грета:

Городской администрации (управлению по озеленению) должно быть стыдно за вид могилы - хорошо, что каждый может увидеть это в газете

Екстратерра:

важнейшее завоевание двух бездушных войн... Мы обрели свободу... Свободу, что 72-летняя женщина пускается в трудный путь, чтобы посетить могилу отца, свободу, позволяющую нам сделать человеческий жест для обеспечения ее возвращения домой, но и свободу, что "Бракведер" может здесь во всеуслышание публично молоть чушь...Это плоды демократии и братства...

Курт:

Опять видно, что многим молодым людям не хватает хорошего воспитания и уроков истории. Хорошо, что город помог женщине. Еще лучше было бы, если бы город подарил ей один день отдыха перед трудным возвращением домой. Войну развязали и людей убили наши отцы/прадеды/прапрадеды. Вина этого поколения будет еще долго отягощать нас и детей наших детей. Думаю, что женщина не потому отправилась в путь с такой маленькой суммой денег, что ожидала помощи от города, а потому, что не смогла правильно оценить расходы.  Я убежден, что такие события ведут к маленькому кусочку  «дружбы с Россией», поскольку женщина с благодарностью расскажет на Родине о помощи немцев. Такие человечные действия создают доверие и предотвращают то, что когда-либо снова случится война между Россией и Германией. Напротив, болтовня и человеконенавистничество некоторых комментаторов просто отвратительны и показывают недостаток воспитания.

Херманн Дрейер:

Привет, Бракведер, ты хотя бы подумал о том, что здесь идет речь возможно вовсе не о войне и вине или невиновности. В статье говорится просто о том, что старая женщина непременно хотела увидеть однажды могилу отца, но на самом деле не в состоянии была это осуществить. Она что должна была отказаться от своего желания и забрать его с собой в могилу? Мне совершеннo безразлично, по какой причине ее отец там похоронен. Речь же просто о человечности. Если бы меня спросили, я бы лично оплатил ей эту обратную поездку.  На такие человечные жесты я охотно плачу налоги. Жаль, что я не живу в Хольте-Штукенброк. На следующих коммунальных выборах я бы по крайней мере не задумывался, за кого мне голосовать. Здорово, что муниципалитеты еще имеют возможность по-человечески реагировать. А тебе не мешало бы по меньшей мере назвать свое имя, если ты в самом деле настаиваешь на своих высказываниях.

Билефельдец:

У меня в самом деле подскакивает давление, когда я читаю комментарий Бракведера. Здесь можно лишь надеяться и желать...
Господи, ороси мозги!

Рената Лахманн:

Оставьте в покое старую женщину, она наверняка имела честные намерения и была рада попасть в город, где лежат ее корни.

Фрэд Мюллер:

Коричневая фашистская Германия позаботилась о существовании такого лагеря военнопленных как Штукенброк. Никогда не должно возникать вопроса о деньгах, если родственники убитых там людей хотят посетить эти могилы. Более того, нужно создать фонд, чтобы еще больше людей смогли увидеть то, что мы, немцы, однажды натворили. Грете: взгляните разок на могилы убитых нацистами евреев на многих кладбищах, и вы увидите, что государству не интересно брать на себя это дело. Когда-нибудь все зарастет сорняками и тем самым дело завершится.

Канук97:

Меня радует, что, по-видимому, еще достаточно людей, которые в здоровой степени обладают чувствами сопереживания и понимания. Большое спасибо за эти комментарии, которые снова дают немного надежды с учетом, к сожалению, той нередкой глупой болтовни, распространяемой как раз в таких темах.

Мостыле87:

Бракведеру: Все возникает из земли и уходит в землю. Ты беспокоишься о своих деньгах? Озаботься лучше своей человечностью.

Сюзанна:

Понесенные городом расходы – адекватны, похвальны, но и достаточны. Пожилую даму приняли, сопровождали и оказали поддержку. С человеческим участием. Для нее это будет важнейшая поездка в жизни.

Чаепитель:

Закевицу: Если бы речь шла о животных,  то я никогда бы не согласился, но на этот раз ты высказал то, что у меня на душе. Но, вероятно, Назебанд и Бракведер не способны устыдиться. Как житель Бракведера я стыжусь, что названием района, в котором я живу, так злоупотребляют. Большая часть бракведерцев так не думает.

Эрих:

Тягостно читать некоторые комментарии. Стыдно читать, что 70-летней даме, которой предстоит 3800-километровое путешествие, предоставили комнату всего на один день и профинансировали только железнодорожный билет. И это немецкое гостеприимство ...так...так.
В некоторых поездках по Восточной Европе мне довелось испытать несколько другое обращение, там люди, даже если сами многого не имеют, отдают последнее.   И даже бесплатное размещение на несколько дней не было бы проблемой, поскольку где-нибудь освободили бы спальное место. Такого гостеприимства я по сей день еще не испытывал, но это был замечательный опыт, которого, у нас, немцев, к сожалению, больше нет. Тем самым эта газета – маленькая сенсация в отсутствии событий в летние месяцы, еще человечнее было бы подумать о спонтанной акции по сбору денег, я уверен, что многие читатели были бы готовы внести несколько евро, чтобы обеспечить пожилой даме еще несколько дней пребывания, отдохнуть от тягот пути и вернуться на Родину самолетом. Лично я бы внес на это средства. Но, возможно, это осуществимо задним числом. Хорошо, что старая женщина это испытала, посещение могилы отца было для нее чем-то вроде прощания!
Гостеприимство – высокая ценность, которую старый человек в чужой стране смог испытать, к сожалению, лишь несколько часов ... жаль. Лично меня эта женщина тронула до глубины души, да будет ей подарена долгая жизнь и еще одно более длительное посещение тевтобургского леса.

Андреас:

Конечно, было ясно, что будет крик о затратах на обратный транспорт и проживание, это было ясно как «аминь» в церкви. Это всего лишь несколько евро, но они хорошо потрачены в смысле человечности. Здесь не нужно рассуждать о преступлениях нацизма, речь об индивидуальной судьбе человека.

Бракведер:

Видимо, я как-то непонятно выразился, лично я ничего не имею против дамы, речь просто-напросто о том, что нам до сих пор висит военное бремя. Еще раз мой вопрос: какое отношение я имею к 1945 году? Я просто больше не признаю того, что налоги, которые я плачу с 17 лет и по сей день, вышвыриваются на такие цели.  Точка. Кроме того, какое отношение имеет высказывание своего мнения к глупости и другому, в чем меня здесь еще упрекнули.

Примкнувший к Бракведеру:

Я только могу согласиться с Бракведером, что, как и у него, у меня нет проблем с иностранными ближними. Только это нервирует.

Валли:

К сожалению, город показал лишь минимальную человечность в обращении с ближними. Тем не менее, спасибо и за эту малость. Разумно было бы обеспечить два или три дополнительных дня пребывывания, чтобы отдохнуть от дороги и посетить могилу еще раз. В течение этих трех дней наверняка нашлись бы люди, которые были бы готовы оплатить обратный полет или поучаствовать в этих расходах.

Закевиц:

Все дорогие Бракведеры, с этим нам, немцам, предстоит жить всегда!

Райю:

«Замечательно в интернете то, что каждый со всего мира может сообщить свое мнение, а ужасное – то, что каждый это и делает...  » - дорогая газета, зачем существует код безопасности и для чего соответственно и как контролируют сообщения?

Июнь:

Дорогой Бракведер,
ты не «как-то непонятно выразился», ты не прочитал внимательно текст. Речь не о платежах компенсаций за военные долги.  О них написал ты сам, поэтому не удивляйся реакции на твое мнение! И речь не о том, какое отношение ТЫ имеешь к 1945 году. Речь о персональной судьбе старой женщины.

Михаель:

Хотел бы молча присоединиться к комментарию Эриха. Германия – одна из гостеприимнейших стран в мире. Я много езжу. Для гостя всегда отдается последнее. Часто мне становится неудобно от этого. А что же делаем мы, богатые немцы???? Постыдитесь!!!! Вы должны благодарить бога за то, что родились в такой чудесной стране. Многим людям не дано, к сожалению,  такого счастья, и если пожилая дама предприняла такое сумасшедшее путешествие, чтобы попрощаться, то мы должны показать себя с лучшей стороны, а не сокрушаться о нескольких евро. Мне стыдно за вас!!!!!

М.Киндерманн:

Предлагаю собрать Бракведеру денег на поездку в музей Аушвица-Биркенау. Возможно, тогда он поймет, какое он все же имеет отношение к тому, что сделали глупцы в 1945.
Что касается гостеприимства города Билефельда по отношению к этой даме, то я тоже считаю, что она спокойно могла бы остаться на неделю.  Мне кажется, что женщина достаточно скромная. Кроме того, город Билефельд от этого не обеднеет. Самое позднее к тому моменту, когда на А2 снова будет «Пожалуйста, улыбайтесь», деньги снова поступят. Немыслимо, из-за чего здесь некоторые возбуждаются...

Йосте:

Своим сообщением (самым первым в дискуссии) я возбудил много критики.
Ответ:
Есть маленькая – но решающая – разница: кто начал эту убийственную войну (или все уже забыто/вытеснено?)?

Вернер:

Предложение М.Киндерманна хорошее, поэтому, Бракведер, назови незамедлительно свое полное имя и адрес, чтобы мы могли обеспечить тебе посещение Аушвица, Берген-Бельзена и т.д.. Бракведер, имей мужество открыться, это в твоих интересах.

Встречи и впечатления


Приглашаем вместе с нами побывать в Екатеринбурге, где мы с удовольствием провели конец лета.

Чем старше становишься, тем больший след оставляют не знакомства с новыми местами, а встречи с интересными людьми. Мне повезло, что мое приглашение приехать приняла

Валентина Ивановна Овчинникова

из Перми, землячка папы, автор книги "Кержаки" о наших предках-староверах, лауреат Бажовской премии. Мы провели день за разговорами, чтением ее замечательной книги, прогулкой по городу. Зашли в гости к папиному старшему брату - Евгению Акимовичу Турову - известному физику. В книге о кержаках ему посвящена отдельная страничка.

С папой *




















С Бажовым. Молодежь тоже любит это место. *

С Евгением Акимовичем Туровым, *






















поэтом Вадимом Осиповым, *

и наедине с мыслями. *






















Папин младший брат - Федор Акимович Туров - к сожалению, не смог встретиться с Валентиной, но с радостью принял книгу.


Бабье лето связано для нас с воспоминаниями о дне нашей свадьбы. В этот день, как и 25 лет назад, было тепло и солнечно, и особенно приятно, что отметили мы серебряный юбилей с родителями и друзьями.

*

*

Вместо поездки в парк Маяковского, как 25 лет назад, была прогулка по новой набережной в сопровождении одного из свидетелей (только на этот раз вместо свидетельницы Наташи был свидетель Сергей).

*




























Сейчас любопытно вспомнить, что однажды, лет 30 назад, мы работали на стройке этого ажурного здания, *

а вот так футуристично строят сейчас. *



































Если бы не труба, торчащая так некстати, то пейзаж вышел бы вполне романтический. Вообще-то нашей целью было найти уникальный памятник компьютерной клавиатуре, но быстро наступившие сумерки нарушили этот план, и мы отправились в кафе, где очень уютно провели остаток вечера. *

В последние четыре дня перед отъездом мы, кажется, выполнили полугодовую культурную программу. Задача была сложная: поразить воображение нашего шефа (зав. кафедрой прикладной математики технического университета Мюнхена) Хоффманна и его жены, переполненных свежими впечатлениями от месячного путешествия по Китаю, Монголии, Тибету и Байкалу, уральскими достопримечательностями.

Начали мы с классики - осмотра геологического музея при горной академии и посещения театра оперы и балета. Спасибо Сергею, организовавшему, несмотря на санитарный день, замечательную экскурсию по музею. Запомнилась, например, картина, показавающая разработку мраморного месторождения в Челябинской области: камень вырезают "кубиками" 2м х 2м х 2м практически с поверхности (только дерн снят), при этом образуются белоснежные террасы.

А этот кристалл горного хрусталя называется "Малыш". *





























Спектакль тоже всем понравился. Оказалось, что это первая постановка в России, максимально приближенная к оригиналу, поставленному когда-то Петипа. Наши опасения, что третий ряд партера сделает явными ошибки балерин, не оправдались - танцевали очень хорошо - по крайней мере, на наш непрофессиональный вкус. И музыка Адена, и игра оркестра оставили прекрасное впечатление.*

Внутри театра тоже все в лучшем виде - свежая позолота, лакированный паркет.*

























В антракте нам вручили приглашение на поэтический вечер, который, к сожалению, остался за рамками нашей программы. Но поэтесса, правда, приятная?*


На следующий день поехали на Ганину яму. Моросил дождичек, но было довольно тепло. Законы жанра обязывали женскую половину надеть платки и прикрыть колени. *





























Экскурсию проводил симпатичный семинарист (справа). Мы зашли в три или четыре церкви из семи построенных там и осмотрели заросшую шахту, где были найдены останки царской семьи. Рядом находится мужской монастырь на 20 послушников. *

Начитавшись обвинений в эклектике в адрес церквей, я ожидала увидеть что-то вычурное и аляповатое. На самом деле деревянные, не очень высокие строения с зелеными крышами неплохо гармонировали с березово-сосновым лесом.

***

Оттуда поехали в Храм на крови, построенный на месте печально известного дома Ипатьева. К этому времени уже светило солнце, купола церкви сияли, и общую идиллию дополняли невесты в белом, выпускавшие на пару с женихами голубков в почти безоблачное небо.*




**

После обеда прошлись по плотинке и c немецкой тщательностью осмотрели экспозицию художественного музея: каслинское литье (оказалось, что многое отлито по моделям немецких мастеров), невьянскую икону, картины русских художников (изюминкой были несколько полотен Айвазовского из собрания Нижнетагильской галереи), современные поделки из уральского камня. Завершили день покупкой сувениров на "бульваре художников".

Заключительным аккордом программы стала поездка на Волчихинское водохранилище, на берегу которого у наших знакомых что-то вроде рыбацкого домика - базы для отдыха на природе. Но ехали мы туда с остановками.

Поскольку путь наш лежал из Азии в Европу, первую остановку сделали на границе Европы и Азии, у новой стеллы на Новомосковском тракте. *





























Захотелось посмотреть и на старый обелиск, связанный с детскими воспоминаниями. Но на старомосковском тракте знакомой пирамидки не оказалось - на этом месте воздвигали что-то грандиозное. Что получится, пока непонятно, а старого скромного обелиска жалко. *

Саша, владелец рыбацкого домика и все эти дни наш бессменный водитель, захотел продемонстрировать мощь своего автомобиля и завез нас на гору Волчиха, откуда открывается замечательный вид на окрестности.


А уже через несколько минут он показывал нам свои владения в стихийном поселении любителей рыбалки, почти сплошь состоящем из старых гаражей. Сами обитатели называют этот поселочек Шанхаем. Совсем рядом, по другую сторону от железной дороги, есть другой поселок (в простонародье - Венеция), где все законно и богато. *

Зато "шанхайцы" имеют непосредственный выход к воде, лодкам, а значит, и к рыбе, что впрямую сказывается на уловах.*

























Погода уже с утра была не ахти, а после полудня начала стремительно портиться, но мы успели до дождя прокатиться на моторках * *

За это время закоптились горячим способом выловленные заранее лещи, а Люба и Марина (соответственно, Сашины мама и подруга) сварили уху из царской рыбы - судака, и мы сели за стол прямо на улице, под тентом. *

Помимо уже упомянутых лещей и ухи, в "программе" были блинчики и сало, соленые грибочки и выращеннные на огороде (неподалеку от "Венеции") помидоры, шашлыки, которами "заведовал" Любин муж Анатолий, сушки, вафли и ароматнейшая таджикская дыня, прихваченная накануне на выезде из города (что почти в 3 раза дешевле, чем в мегаполисе), а также водка, пиво и чай. **

Напитки и еда согрели и сделали общение абсолютно свободным независимо от владения иностранными языками. Пели "Подмосковные вечера" и народные баварские песни - вобщем, фестиваль русско-немецкой дружбы удался.

***

В заключение посетую, что выкладывая в сеть фотографии, приходится "ухудшать" их качество для быстрого скачивания. Поэтому, если кого-то из посетителей сайта заинтересует то или иное фото, готова прислать оригинальный вариант по email. Пишите: v.turova(ad)online.de